Пусть этот мир вдаль летит сквозь столетия… Об Александре Сергеевиче впору сочинять гимны, песни, баллады, рок‑оперы, мюзиклы и т.д. Потому что он давно стал легендой и при этом не превратился в памятник. Композитор, давший жизнь музыке к кинофильмам «Операция Ы», «Кавказская пленница», «Бриллиантовая рука», «12 стульев», «Иван Васильевич меняет профессию», «Не может быть» и многих других — наш современник. Не может быть? Может! Хорошего должно быть много. Александр Сергеевич все эти 100 лет оплатил своим невероятным талантом. За одну только песню «Есть только миг» ему уже можно ставить памятник. За «Песенку о медведях» в исполнении Аиды Ведищевой — второй памятник. За «Остров невезения» — третий. Впрочем, раз уж он — Александр Сергеевич, то вправе сказать о себе так: Я памятник себе воздвиг нерукотворный, К нему не зарастет народная тропа, Вознесся выше он главою непокорной Александрийского столпа. Ну и уж, что называется, чтобы не вставать дважды, процитируем далее: И долго буду тем любезен я народу, Что чувства добрые я лирой пробуждал… Его музыка добрая, она цепляет сразу и навсегда! На то он и Зацепин! Если бы он не был композитором, то мог бы быть гениальным акробатом, циркачом, кинооператором и т.д. А вспомним рынок в фильме «Операция Ы». Музыкой этой можно проиллюстрировать все нашу жизнь. Она лукавая, вороватая, комичная, почти уже космическая! А ведь в это же время в Италии творил Нино Рота, во Франции — Мишель Легран, в Штатах — Генри Манчини. Наш Зацепин — нерасторжимое золотое звено в этом ряду мировых музыкальных шедевров. В любимой многими песне «Есть только миг» есть такие слова: Пусть этот мир вдаль летит сквозь столетия… Мир, а вместе с ним и «остров невезения», летят в тартарары, но с Зацепиным ничего не страшно. Пусть летит. Русь‑тройка! Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни есть на земле, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства. Александр Сергеевич летит вместе с нами сквозь столетие и туда, куда Макар телят не гонял. И ничего не страшно, покуда он у нас, а мы у него — есть! Ура!